«Анастасия, протрезвейте!»: о чем вынуждены молчать рекрутеры, пока все вокруг ругают систему найма

Если открыть любой карьерный тред, покажется, что главные злодеи современного рынка труда — это рекрутеры и нанимающие менеджеры. В сети тысячи историй о неадекватных эйчарах, которые задают странные вопросы про знаки зодиака, пропадают после пяти этапов интервью и присылают отказы за секунду. 

Я много работаю с HR-контентом, пишу и читаю десятки отраслевых исследований, ежедневно мониторю профильные СМИ, каналы, чаты. Все это время я изучала рынок как сторонний наблюдатель. Но недавно я сама встала за станок, чтобы побыть в роли рекрутера, и начала сама нанимать людей в команду редакции, конечно же с помощью системы Хантфлоу. И реальность быстро показала мне обратную сторону медали, о которой со стороны бизнеса не принято громко кричать в пабликах: токсичность и неадекватность в откликах.

Открывая очередной отклик, в блоке «Сопроводительное письмо» я увидела ровно два слова: «Анастасия, протрезвейте!»

Ни приветствия, ни вопросов по задачам. Человек не поленился нажать кнопку «Откликнуться» и прикрепить свое настоящее резюме только ради этого.

Первая реакция — мне было очень смешно, как и коллегам вокруг. Вторая — исследовательский интерес и саморефлексия. Я тут же пошла перечитывать текст своей вакансии: вдруг у меня так замылился глаз, что я действительно описала задачи для целого отдела на зарплату стажера? Перечитала. Нет, вполне адекватная вакансия.

Этот случай заставил меня опросить коллег, поднять чаты и собрать коллекцию неожиданных откликов и фидбэков рекрутерам от кандидатов.

«Буду бороться до конца»: коллекция абсурда

Когда начинаешь разгребать воронку сама и делишься болью с практикующими рекрутерами, выясняется, что мой случай еще цветочки. Пока кандидаты ведут «дневники недобросовестного рекрутинга», у каждого нанимающего копится свой архив абсурдных и откровенно агрессивных историй:

• Отказ как личный вызов. Кандидат в ответ на стандартный вежливый отказ на полном серьезе написал, что «не согласен с решением и будет бороться до конца». Как именно выглядит «борьба до конца» за право работать в компании, которая тебя не выбрала, — загадка, но звучит почти как угроза. 
  
• Ультиматумы с порога. Коллеги регулярно получают сопроводительные письма, которые начинаются с пассивной агрессии и требований: «Тестовые не делаю, в резюме все написано, если у вас больше двух этапов собеседований, не тратьте мое время».
  
• Проклятия и переход на личности. Классика жанра из рекрутерских чатов — когда после отказа кандидат мгновенно переходит от вежливого тона к оскорблениям внешности или умственных способностей интервьюера, желая компании «поскорее загнуться со своей текучкой».
  
• Игры в шпионов и саботаж. В этом году в сети гремели истории, как кандидаты в попытке «сломать систему» отправляют на одну вакансию по три разных резюме под вымышленными именами, приходят на зум-интервью голыми, поют песни или в разгар диалога молча встают и уходят из кадра.
  
• Осторожно, анатомические подробности. После очного собеседования один кандидат оставил в сети публичный отзыв о том, что «рекрутер глупая, у нее были потные ладошки и она оставляла следы на столе».
  
• Отработка возражений по-сейлзовски. В продажах учат не сдаваться после первого «нет», но некоторые понимают это слишком буквально. Один сейлз после отказа не нашел ничего лучше, чем откликнуться на другую вакансию компании — исключительно ради того, чтобы в сопроводительном письме написать нанимающему менеджеру, что тот тупой и не смог разглядеть такого прекрасного специалиста.
  
• Гештальт требовал закрытия. Другой кандидат не поленился вернуться в переписку спустя время после отказа, чтобы торжествующе сообщить: «Вы меня не взяли, но на такой же роли в другой компании я теперь целых два месяца перевыполняю план!»
  
• Звонок «наверх». Классика жанра при несогласии с отказом — козырять связями: «Я пожалуюсь вашему генеральному, я с ним лично знаком, я сейчас напишу ему напрямую!»
  
• Краткость — сестра. Ну и куда без прямой нецензурной лексики, когда в ответ на вежливое «К сожалению, мы не готовы сделать вам предложение» в личку рекрутеру прилетает лаконичное: «Ну и пошла ты в **зду».

И т. д. и т. п. 

Кнопка «Высказать все»

Было бы наивно заламывать руки и спрашивать: «Ну почему нельзя просто промолчать и пройти мимо?!» Камон, мы в интернете.

Понятно, что не все могут сдержаться, когда искрит. Понятно, что хочется высказаться. Когда человек видит в сети что-то, что его триггерит, или сталкивается с очередным отказом, в нем просыпается естественное желание нажать условную кнопку «отправить финальное сообщение» — просто чтобы выпустить пар и оставить за собой последнее слово. Для уставшего соискателя это легальная трибуна.

И знаете что? Я вообще не против. Находясь на стыке исследования вопроса и реального найма, я искренне понимаю всех.

• Я понимаю кандидатов, которым хочется кричать. Когда рынок штормит, а тебя месяцами игнорируют или заворачивают по формальным признакам, желание уколоть систему в ответ — это нормальная человеческая реакция.
  
• И я понимаю рекрутеров и нанимающих, которые вынуждены быть громоотводом для чужой боли. Причем в этой дуэли руки у них связаны: кандидат может написать любую гадость без последствий, а рекрутер или руководитель обязан молча проглотить токсичность и ответить по скрипту (или промолчать). Потому что любой эмоциональный ответ — это мгновенный скриншот в соцсетях, удар по HR-бренду и репутационные риски для компании.

А может, в этой борьбе нет ничего плохого?

Мое погружение в реальный наем показало главное: по обе стороны экрана сидят живые, уставшие люди. И всех можно понять.

Долгое время рынок труда жил в парадигме искусственной вежливости, где соискатель должен был «просить работу» и улыбаться, а работодатель — прятаться за корпоративными шаблонами. Сейчас эта пластиковая конструкция трещит по швам. 

Кандидаты больше не хотят молчать, когда им что-то кажется абсурдным. А нанимающие менеджеры и рекрутеры, хоть и продолжают пока молча глотать негатив в личке ради безопасности компании, все чаще выносят эту проблему в публичное поле — в статьи, исследования и профсообщества.

Возможно, весь этот шум, «борьба до конца» и дерзкие отклики — это просто болезненный этап взросления индустрии. И в стратегии это столкновение лбами приведет нас к новым правилам игры в сфере:

• Вакансии и процессы станут прозрачнее, а у компаний появится легальное право на защиту своих границ без страха за PR
  
• Сами кандидаты начнут относиться к воронке проще и формально — просто в силу огромного количества откликов на рынке. Без личных драм и обид на каждую тишину в эфире: «Не ответили? Ну, значит, просто не увидели меня в потоке из пятисот резюме или не заметили — ничего страшного, попробую зайти другим способом».

А пока мы идем в это светлое будущее, я, пожалуй, пойду налью бокал.

P. S. Писала ли я гневные комментарии кому бы то ни было, даже когда получала море отказов? Нет, никогда.

Иллюстрация: Илья Colowgee